Не зная истории, нельзя знать, зачем мы пришли в мир, для чего живем и к чему стремимся                          В. Ключевский

Промышленность в конце XIX - начале XX века

По материалам книги З.Е. Протченко "Земля Мглинская - родной край"

В конце XIX и начале XX века крупным предприятием считался кирпичный завод графа Клейнмихеля. Находился он в 3 километрах от Почепа, около деревни Витовки, тогда Мглинского уезда. Закон об ограничении рабочего дня 11,5 часами здесь, как и на других предприятиях, не соблюдался. Труд рабочих был очень тяжелым, оплата низкая. Доведенные до отчаяния тяжелыми условиями жизни и под влиянием речей крестьян-агитаторов Степана Быткова, Никифора Минаева, Афанасия Фалеева, Кузьмы Филимонова, прибывших для этих целей из Трубчевского уезда в Витовку, 30 рабочих Витовского кирпичного завода в 1899 году забастовали и потребовали увеличить зарплату с 7 рублей 70 коп. до 12 рублей в месяц. Однако большинство рабочих, боясь потери работы, открыто не выступали в поддержку забастовщиков, и забастовка не увенчалась успехом.

Фото Граф Клейнмихель

 Крупным механизированным предприятием являлась паровая мельница Кухмана во Мглине, работавшая на дровах. В мельнице было два камня — мучной и крупяной (вырабатывал перловку) и маслобойное заведение. В городе работали еще маслобойки Лагутенко и Попелышко, обе на конном приводе, с небольшим числом сезонных рабочих, но перерабатывали за сезон значительное количество конопли, закупаемой у местного населения.

Все три маслобойки имели бондарни, вырабатывали около 19 тысяч пудов конопляного масла в год, которое через Ригу шло за границу.

Четвертая маслобойка Поцепаева имела нефтяной двигатель, но ее продукция не предназначалась на продажу. Сюда, на Поцепаев хутор, крестьяне окрестных деревень привозили свою коноплю. Сами для себя перерабатывали в масло, а с хозяином маслобойки расплачивались деньгами. В некоторых селениях уезда работали кустарные маслобойки, принадлежащие отдельным предприимчивым крестьянам. На сельских маслобойках крестьяне сами били конопляное масло, а хозяину маслобойки платили гарц.

Механизированными предприятиями в городе были паровая мельница Генкина об одном камне и при ней сукновалка (работала на деревянном топливе, сгорела в 1916 году), паровая мельница Постоялко об одном камне, работавшая на жидком топливе, и мельница Чалого об одном камне с нефтяным двигателем, построенная в первые годы НЭПа. Большое распространение в уезде имели ветряные мельницы. В самом Мглине работало 3 ветряка, находившиеся в восточной, южной и западной окраине города. Виднелись ветряки на окраинах Высокого, Нетяговки, Луговца. В Лопазне и некоторых других крупных селах было по два ветряка.

Фото из архива –Ветряная мельница у с. .....

 Были и водяные мельницы на реках Судынке, Воронусе и на малых речушках, воды которых собирались в небольших озерцах. На таком озерце находилась, например, мельница в Займище, что вблизи Луговца. Двигателем являлась водяная турбина, вращавшая в половодье два камня одновременно — мукомольный и крупяной. При большом напоре воды мельница в Займище давала до одной тонны муки в час, но из-за нехватки воды и завоза зерна часто не работала.

Фото из архива –водяная мельница у с.......

В городе было 5—6 крупорушек на конном приводе, перерабатывали привозное зерно, за услугу хозяева взимали плату натурой (гарц). В селах кое-где работали ручные крупорушки. На них сами заводчики своими силами вращали камни и таким образом обдирали ячмень и просо. Но чаще всего просо, ячмень крестьяне толкли дома в ступах.

Во Мглине было четыре пенькотрепальни. На них работали более 400 наемных рабочих круглый год. Пенькотрепальщиков-мглинчан работало мало. В основном это были пришлые рабочие — отходники из Калужской губернии. Жили они во Мглине на частных квартирах, но питание организовывали артельное. Готовили они пеньку для продажи за границу, закупленную скупщиками у местных крестьян. Обработанная пенька шла, как масло, за границу через Ригу. Крестьяне каждую весну мяли и трепали пеньку сами ручным способом, в таком виде продавали скупщикам, но часть ее оставляли себе для хозяйственных нужд. Пенькотрепальни прекратили работу вскоре после Октябрьской революции, так как крестьяне резко сократили посевы конопли и стали занимать конопляники под другие культуры и не для продажи, а для личного потребления.

Во Мглине были и кожевенные заводы Негинского с 20 рабочими и Каменева с 8—10 рабочими, оба работавшие на конной тяге. Других сколько-нибудь значительных предприятий в конце XIX — начале XX века во Мглине и уезде не было.

Такой была мглинская промышленность в дооктябрьский период, остановившаяся на крайне низком уровне механизации, она не только не имела перспективы для развития, но явно клонилась к упадку. Слабое развитие и дальнейший упадок промышленного производства многие объясняют тем, что железная дорога Брянск—Гомель в 1885 году прошла не через Мглин, как ожидалось, а через Унечу, в которой тогда насчитывалось не более 12 дворов. Отдаленность от железной дороги скоро сказалась на численности населения города. Если в конце XIX века во Мглине насчитывалось более 11 тысяч жителей, то в 1914 году их осталось не более 8,5 тысячи, а к революции 1917 года — не было 6 тысяч. Мглинчане уезжали на заработки в шахты и крупные города. В силу хронической отсталости промышленного производства широкое распространение получила мглинская кустарная промышленность в дооктябрьский период, значительное количество товарной продукции производила она и на протяжении ряда десятилетий после Октября.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Сейчас 57 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

no events

Сегодня событий нет

.